Axenoff Inspiration. ЧТО ТАКОЕ ВЕРТОГРАД

    558
08 Июн 2016

 

Садово-парковое искусство недаром считается самым возвышенным из всех. Еще в XVI веке английский философ Фрэнсис Бэкон писал: «Всемогущий бог первым насадил сад. Это – самое чистое из всех человеческих наслаждений. Оно более всего освежает дух человека; без него здания и дворцы всего лишь грубые творения его рук; разведение садов – более тонкое занятие и требует большего совершенства».

По мысли Бэкона, сад – это подобие Вселенной, книга, по которой можно прочесть мир в его доброй и идеальной сущности. Создавая сад, вы творите вместе с природой, приручаете стихии — ветер, воду, землю. И с другой стороны – сад надо уметь читать, как книгу, понимать, что расходящиеся от дворца аллеи Версаля – это лучи славы богоподобного Короля-солнце, а розовый куст в средневековом монастырском саду символизирует Богоматерь.

В старину на Руси сад, созданный по образу и подобию Рая,называли «вертоградом». Сейчас это слово почти неизвестно: как и во всех остальных сферах, в садово-парковой моде мы привыкли искать вдохновения  на Западе — и часто забываем, что за нашими плечами лежит огромная и очень богатая собственная традиция. От измайловских вертоградов Алексей Михайловича до императорских парковых ансамблей Петергофа и Павловска, от трудов по садовому искусству Андрея Болотова и Николая  Львова до типовых приусадебных цветников Арнольда Регеля начала XX века по мотивам русских народных орнаментов, от романтических Монрепо и Царицыно до артистических Поленово и Абрамцево – в России есть огромный опыт разбивки выдающихся садов и парков.

Берсеневская набеежная в Москве названа в честь крыжовника, который по-старорусски назывался берсенем — здесь , напротив Кремля, были царские плодовые сады. В Архангельском у Юсуповых, по воспоминаниям, росли тысячи столетних лавровых и померанцевых деревьев, а у Демидова в Нескучном саду над Москвой-рекой была собрана коллекция экзотических растений, равной которой не было во всей восточной Европе. А сортами сирени, вывенными уже в двадцатом веке гением Леонидом Колесниковым, дворянином, который днем работал простым шофером, а вечерами скрещивал сорта, восхищается весь мир — колесниковская «Красавица Москвы» официально признана самой красивой сиренью в мире.

Что такое русский садово-парковый стиль? Тут нужно, чтобы, как в стихотворении Огарева, «вставало солнце, птички пели, тянулся за рекою дол, спокойно пышно зеленея, вблизи шиповник алый цвел, стояла темных лип аллея». Барочное Кусково, пейзажные Кузьминки, готическое Царицыно, Архангельское, где гением Юсуповых были синтезированы сразу три садово-парковых стиля – итальянский, классический и английский, Горки Ленинские, где сохранились в неприкосновенности усадебный быт и дворянский парк с аллеями, каким он был в начале XX века, наконец, творческие усадьбы Поленово и Абрамцево – в Москве, к счастью, сохранилось немало мест, прекрасно раскрывающих эту тему, ну а в Петербурге квинтэссенцией русской парковой традиции, творчески переосмыслившей сразу все европейские подходы, стал, конечно же, Павловск: ­ в нем есть и торжественность и меланхолия, и замкнутость и распахнутость, и увеселения, и медитативное одиночество.  Блестящие образцы русского паркового строительства есть в Крыму ­- Воронцовский парк входит во все западные рейтинги ста лучших в мире, также как Никитский ботсад.

Но не стоит забывать и скромный провинциальный усадебный сад, которых сохранились тысячи по всей России — тот самый, из которого писал Тургенев Флоберу: «В аллеях деревенского сада, полного сельских благоуханий, земляники, пения птиц, дремотных солнечного цвета и теней, а кругом-то двести десятин волнующейся ржи – превосходно! Невольно замираешь в каком-то неподвижном состоянии, в котором соединяются в одно и то же время и жизнь, и животность, и Бог. Выходишь от туда как после не знаю какой мощно укрепляющей ванны и снова вступаешь в обычную житейскую колею».  Поскольку, как сказал Пушкин, северное лето — карикатура южных зим, наши помещики, а потом и дачники, старались устраивать сады непрерывного цветения, шедшего волнами с весны до осени. Воспетые Буниным «Темные аллеи» усадебного сада, темные и прохладные — еще одна типично русская тема, в Западной Европе к такой тесной посадке лип, как у нас, не прибегали: делалось это в русских парках, чтобы дать спокойный приют птицам. Так мы вновь возращаемся к теме вертограда — райского сада, наполненного пением птиц, цветами и изобилием фруктов. Того самого, о котором пишет Ахматова: «а я  иду владеть цветочным садом, где шелест трав и восклицанье муз».

Андрей Карагодин
историк и садовник.